СаенкоЕвгений Юрьевич

27-я отдельная мотострелковая бригада входит в состав 1-й танковой армии Московского (бывшего Западного) военного округа. Она с первых дней принимает участие в полномасштабном вторжении в Украину, и дела у неё с этих же первых дней не задались. Границу её подразделения — три мотострелковых и один танковый батальон плюс самоходный гаубичный и реактивный артиллерийский дивизионы, не считая вспомогательных — пересекли в районе Сумской области, и тут же понесли огромные потери от украинской теробороны. По данным западных наблюдателей, только за первую неделю марта 2022 года 27-я бригада потеряла 9 самых современных танков Т-90 и почти 30 других боевых машин — БТР, гаубиц и так далее. Сумская операция закончилась полным провалом и спешным отступлением.

После этого бригаду перебросили на изюмское направление, где, как мы уже знаем, её тоже постигла неудача. Вместе с другими соединениями ВС РФ на этом участке — в том числе 3-й и 144-й дивизиями 20-й общевойсковой армии — бригада отступила за оскол и заняла оборонительные позиции на участке Сватово-Кременная в Луганской области, где и оставалась до конца 2023 года. Начиная с 2024-го, 27-я бригада воюет в районе Купянска, и там тоже не всё слава богу. В ноябре 2025-го начальник Генштаба ВС РФ Валерий Герасимов торжественно доложил Путину о взятии Купянска — но, как мы уже знаем задним числом, это было полной фантазией. По данным некоторых источников, бригада сменила в печально знаменитой «трубе» 121-й и 122-й мотострелковые полки 68-й дивизии, которыми командуют хорошо нам известные «Орёл» и «Тигр».

Жалобы военнослужащих 27-й бригады и их родственников достаточно стандартны для всей российской армии. Там и бесконечные «мясные» штурмы, куда командование отправляет заведомо в один конец и объявляет без вести пропавшим в тот же день, и поборы на всё подряд с избиениями тех, кто не хочет или не может платить, и отсутствие эвакуации раненых, а тех, кому всё-таки повезло, почти сразу же кидают в следующий штурм, не обращая внимания на тяжесть ранений и болезней. Раненых, по сообщениям родственников, прямо с больничной койки забирают в наручниках представители части. Помимо россиян, в бригаде воюют и иностранные наёмники, в основном кубинцы, с которыми обращаются ещё хуже, пользуясь их незнанием языка и российских реалий. Но есть в бригаде и своё ноу-хау: её пункт постоянной дислокации в подмосковном посёлке Мосрентген служит в качестве перевалочного пункта для задержанных за самовольное оставление части перед отправкой обратно на передовую или в нелегальную тюрьму для отказников, а также фильтрации вернувшихся из плена. Вторым нередко не дают даже увидеться с родственниками и сразу кидают в следующий штурм. Самые везунчики при первой же возможности снова сдаются в плен.

Где-то с середины 2025 года врио комбрига является её бывший замполит, подполковник Юрий Саенко с позывным «Тайсон». Он уроженец Харькова, который переехал в Россию в конце 2000-х и закончил Казанское высшее танковое командное училище (КВТККУ). Карьеру Саенко строил в танковых войсках, начиная c 44-го учебного танкового полка. При нём положение солдат нисколько не улучшилось, даже наоборот. У него тоже есть свои «особенности»: например, «Тайсон», по сообщениям родственников военнослужащих бригады, любит сам звонить им и уверять, что боец, им же объявленный без вести пропавшим в день отправки на боевое задание, на самом деле то ли до сих пор на БЗ, то ли лежит в госпитале раненый, хотя на самом деле труп, скорее всего, так и лежит брошенный где-то в полях Харьковщины. Кроме того, «Тайсон» отличается какой-то особенной даже на фоне других российских командиров жадностью: у него есть команда подельников, которые по его приказу обирают бойцов сразу же после поступления денег на счёт, иногда под видом «скинуться на дрон», а иногда и просто так, без всякого предлога. Те, кто не хочет или не может отдать требуемое, подвергаются жестоким избиениям, а то и «обнулениям».

Стоит ли уточнять, что карьерные успехи Саенко, который фактически занял генеральскую должность комбрига, не будучи даже полковником, находятся в обратной пропорции военным успехам бригады под его командованием. Ведь, по сути, за всё время вторжения 27-я бригада не сумела толком выполнить буквально ни одного задания и в основном занимается то отступлениями, то бессмысленными штурмами безо всякого результата. Больше чем за год его командования бригада не приблизилась к Купянску ни на метр — более того, даже те скромные успехи в районе села Кондрашовка под Купянском, которых ей удалось добиться за счёт огромных потерь, были обнулены успешным украинским контрнаступлением.